Елисей. Стихи про Елисея

Сказка о мертвой царевне и о семи богатырях

Елисей. Стихи про Елисея

В тот же день царица злая, Доброй вести ожидая, Втайне зеркальце взяла И вопрос свой задала: «Я ль, скажи мне, всех милее, Всех румяней и белее?» И услышала в ответ: «Ты, царица, спору нет, Ты на свете всех милее, Всех румяней и белее».   За невестою своей Королевич Елисей Между тем по свету скачет.

Нет как нет! Он горько плачет, И кого ни спросит он, Всем вопрос его мудрен; Кто в глаза ему смеется, Кто скорее отвернется; К красну солнцу наконец Обратился молодец. «Свет наш солнышко! Ты ходишь Круглый год по небу, сводишь Зиму с теплою весной, Всех нас видишь под собой.

Аль откажешь мне в ответе? Не видало ль где на свете Ты царевны молодой? Я жених ей». — «Свет ты мой, — Красно солнце отвечало, — Я царевны не видало. Знать ее в живых уж нет. Разве месяц, мой сосед, Где-нибудь ее да встретил Или след ее заметил».   Темной ночки Елисей Дождался в тоске своей. Только месяц показался, Он за ним с мольбой погнался.

«Месяц, месяц, мой дружок, Позолоченный рожок! Ты встаешь во тьме глубокой, Круглолицый, светлоокий, И, обычай твой любя, Звезды смотрят на тебя. Аль откажешь мне в ответе? Не видал ли где на свете Ты царевны молодой? Я жених ей». — «Братец мой, Отвечает месяц ясный, — Не видал я девы красной. На стороже я стою Только в очередь мою.

Без меня царевна, видно, Пробежала». — «Как обидно!» — Королевич отвечал. Ясный месяц продолжал: «Погоди; об ней, быть может, Ветер знает. Он поможет. Ты к нему теперь ступай, Не печалься же, прощай».

  Елисей, не унывая, К ветру кинулся, взывая: «Ветер, ветер! Ты могуч, Ты гоняешь стаи туч, Ты волнуешь сине море, Всюду веешь на просторе, Не боишься никого, Кроме бога одного. Аль откажешь мне в ответе? Не видал ли где на свете Ты царевны молодой? Я жених ее».

— «Постой, — Отвечает ветер буйный, — Там за речкой тихоструйной Есть высокая гора, В ней глубокая нора; В той норе, во тьме печальной, Гроб качается хрустальный На цепях между столбов. Не видать ничьих следов Вкруг того пустого места; В том гробу твоя невеста».   Ветер дале побежал.

Королевич зарыдал И пошел к пустому месту, На прекрасную невесту Посмотреть еще хоть раз. Вот идет; и поднялась Перед ним гора крутая; Вкруг нее страна пустая; Под горою темный вход. Он туда скорей идет. Перед ним, во мгле печальной, Гроб качается хрустальный, И в хрустальном гробе том Спит царевна вечным сном.

И о гроб невесты милой Он ударился всей силой. Гроб разбился. Дева вдруг Ожила. Глядит вокруг Изумленными глазами, И, качаясь над цепями, Привздохнув, произнесла: «Как же долго я спала!» И встает она из гроба… Ах!.. и зарыдали оба.
В руки он ее берет И на свет из тьмы несет, И, беседуя приятно, В путь пускаются обратно, И трубит уже молва: Дочка царская жива!   Дома в ту пору без дела Злая мачеха сидела Перед зеркальцем своим И беседовала с ним. Говоря: «Я ль всех милее, Всех румяней и белее?» И услышала в ответ: «Ты прекрасна, слова нет, Но царевна всё ж милее, Всё румяней и белее». Злая мачеха, вскочив, Об пол зеркальце разбив, В двери прямо побежала И царевну повстречала. Тут ее тоска взяла, И царица умерла. Лишь ее похоронили, Свадьбу тотчас учинили, И с невестою своей Обвенчался Елисей; И никто с начала мира Не видал такого пира; Я там был, мед, пиво пил,

Да усы лишь обмочил.

И молва трезвонить стала: Дочка царская пропала! Тужит бедный царь по ней. Королевич Елисей, Помолясь усердно богу, Отправляется в дорогу За красавицей душой, За невестой молодой.   Но невеста молодая, До зари в лесу блуждая, Между тем всё шла да шла И на терем набрела. Ей на встречу пес, залая, Прибежал и смолк, играя; В ворота вошла она, На подворье тишина.

Пес бежит за ней, ласкаясь, А царевна, подбираясь, Поднялася на крыльцо И взялася за кольцо; Дверь тихонько отворилась, И царевна очутилась В светлой горнице; кругом Лавки, крытые ковром, Под святыми стол дубовый, Печь с лежанкой изразцовой. Видит девица, что тут Люди добрые живут; Знать, не будет ей обидно! Никого меж тем не видно.

Дом царевна обошла, Всё порядком убрала, Засветила богу свечку, Затопила жарко печку, На полати взобралась И тихонько улеглась.   Час обеда приближался, Топот по двору раздался: Входят семь богатырей, Семь румяных усачей. Старший молвил: «Что за диво! Всё так чисто и красиво. Кто-то терем прибирал Да хозяев поджидал. Кто же? Выдь и покажися, С нами честно подружися.

Коль ты старый человек, Дядей будешь нам навек. Коли парень ты румяный, Братец будешь нам названый. Коль старушка, будь нам мать, Так и станем величать. Коли красная девица, Будь нам милая сестрица».   И царевна к ним сошла, Честь хозяям отдала, В пояс низко поклонилась; Закрасневшись, извинилась, Что-де в гости к ним зашла, Хоть звана и не была.

Вмиг по речи те спознали, Что царевну принимали; Усадили в уголок, Подносили пирожок; Рюмку полну наливали, На подносе подавали. От зеленого вина Отрекалася она; Пирожок лишь разломила, Да кусочек прикусила, И с дороги отдыхать Отпросилась на кровать. Отвели они девицу Вверх во светлую светлицу И оставили одну, Отходящую ко сну.

  День за днем идет, мелькая, А царевна молодая Всё в лесу, не скучно ей У семи богатырей. Перед утренней зарею Братья дружною толпою Выезжают погулять, Серых уток пострелять, Руку правую потешить, Сорочина в поле спешить, Иль башку с широких плеч У татарина отсечь, Или вытравить из леса Пятигорского черкеса. А хозяюшкой она В терему меж тем одна Приберет и приготовит.

Им она не прекословит, Не перечут ей они. Так идут за днями дни.   Братья милую девицу Полюбили. К ней в светлицу Раз, лишь только рассвело, Всех их семеро вошло. Старший молвил ей: «Девица, Знаешь: всем ты нам сестрица, Всех нас семеро, тебя Все мы любим, за себя Взять тебя мы все бы ради, Да нельзя, так бога ради Помири нас как-нибудь: Одному женою будь, Прочим ласковой сестрою.

Что ж качаешь головою? Аль отказываешь нам? Аль товар не по купцам?»   «Ой вы, молодцы честные, Братцы вы мои родные, — Им царевна говорит, — Коли лгу, пусть бог велит Не сойти живой мне с места. Как мне быть? ведь я невеста. Для меня вы все равны, Все удалы, все умны, Всех я вас люблю сердечно; Но другому я навечно Отдана. Мне всех милей Королевич Елисей».

  Братья молча постояли Да в затылке почесали. «Спрос не грех. Прости ты нас, — Старший молвил поклонясь, — Коли так, не заикнуся Уж о том». — «Я не сержуся, — Тихо молвила она, — И отказ мой не вина». Женихи ей поклонились, Потихоньку удалились, И согласно все опять Стали жить да поживать.

Page 3

Между тем царица злая, Про царевну вспоминая, Не могла простить ее, А на зеркальце свое Долго дулась и сердилась; Наконец об нем хватилась И пошла за ним, и, сев Перед ним, забыла гнев, Красоваться снова стала И с улыбкою сказала: «Здравствуй, зеркальце! скажи Да всю правду доложи: Я ль на свете всех милее, Всех румяней и белее?» И ей зеркальце в ответ: «Ты прекрасна, спору нет; Но живет без всякой славы, Средь зеленыя дубравы, У семи богатырей Та, что всё ж тебя милей». И царица налетела На Чернавку: «Как ты смела Обмануть меня? и в чем!..» Та призналася во всем: Так и так. Царица злая, Ей рогаткой угрожая, Положила иль не жить, Иль царевну погубить.   Раз царевна молодая, Милых братьев поджидая, Пряла, сидя под окном. Вдруг сердито под крыльцом Пес залаял, и девица Видит: нищая черница Ходит по двору, клюкой Отгоняя пса. «Постой, Бабушка, постой немножко, — Ей кричит она в окошко, — Пригрожу сама я псу И кой-что тебе снесу». Отвечает ей черница: «Ох ты, дитятко девица! Пес проклятый одолел, Чуть до смерти не заел. Посмотри, как он хлопочет! Выдь ко мне». — Царевна хочет Выдти к ней и хлеб взяла, Но с крылечка лишь сошла, Пес ей под ноги — и лает, И к старухе не пускает; Лишь пойдет старуха к ней, Он, лесного зверя злей, На старуху. «Что за чудо? Видно, выспался он худо, — Ей царевна говорит: — На ж, лови!» — и хлеб летит. Старушонка хлеб поймала: «Благодарствую, — сказала. — Бог тебя благослови; Вот за то тебе, лови!» И к царевне наливное, Молодое, золотое, Прямо яблочко летит… Пес как прыгнет, завизжит… Но царевна в обе руки Хвать — поймала. «Ради скуки Кушай яблочко, мой свет. Благодарствуй за обед». Старушоночка сказала, Поклонилась и пропала… И с царевной на крыльцо Пес бежит и ей в лицо Жалко смотрит, грозно воет, Словно сердце песье ноет, Словно хочет ей сказать: Брось! — Она его ласкать, Треплет нежною рукою; «Что, Соколко, что с тобою? Ляг!» — и в комнату вошла, Дверь тихонько заперла, Под окно за пряжу села Ждать хозяев, а глядела Всё на яблоко. Оно Соку спелого полно, Так свежо и так душисто, Так румяно-золотисто, Будто медом налилось! Видны семечки насквозь… Подождать она хотела До обеда; не стерпела, В руки яблочко взяла, К алым губкам поднесла, Потихоньку прокусила И кусочек проглотила… Вдруг она, моя душа, Пошатнулась не дыша, Белы руки опустила, Плод румяный уронила, Закатилися глаза, И она под образа Головой на лавку пала И тиха, недвижна стала…   Братья в ту пору домой Возвращалися толпой С молодецкого разбоя. Им на встречу, грозно воя, Пес бежит и ко двору Путь им кажет. «Не к добру! — Братья молвили: — печали Не минуем». Прискакали, Входят, ахнули. Вбежав, Пес на яблоко стремглав С лаем кинулся, озлился, Проглотил его, свалился И издох. Напоено Было ядом, знать, оно. Перед мертвою царевной Братья в горести душевной Все поникли головой, И с молитвою святой С лавки подняли, одели, Хоронить ее хотели И раздумали. Она, Как под крылышком у сна, Так тиха, свежа лежала, Что лишь только не дышала. Ждали три дня, но она Не восстала ото сна. Сотворив обряд печальный, Вот они во гроб хрустальный Труп царевны молодой Положили — и толпой Понесли в пустую гору, И в полуночную пору Гроб ее к шести столбам На цепях чугунных там Осторожно привинтили И решеткой оградили; И, пред мертвою сестрой Сотворив поклон земной, Старший молвил: «Спи во гробе; Вдруг погасла, жертвой злобе, На земле твоя краса; Дух твой примут небеса. Нами ты была любима И для милого хранима — Не досталась никому, Только гробу одному».

Page 4

В тот же день царица злая, Доброй вести ожидая, Втайне зеркальце взяла И вопрос свой задала: «Я ль, скажи мне, всех милее, Всех румяней и белее?» И услышала в ответ: «Ты, царица, спору нет, Ты на свете всех милее, Всех румяней и белее».   За невестою своей Королевич Елисей Между тем по свету скачет.

Нет как нет! Он горько плачет, И кого ни спросит он, Всем вопрос его мудрен; Кто в глаза ему смеется, Кто скорее отвернется; К красну солнцу наконец Обратился молодец. «Свет наш солнышко! Ты ходишь Круглый год по небу, сводишь Зиму с теплою весной, Всех нас видишь под собой.

Аль откажешь мне в ответе? Не видало ль где на свете Ты царевны молодой? Я жених ей». — «Свет ты мой, — Красно солнце отвечало, — Я царевны не видало. Знать ее в живых уж нет. Разве месяц, мой сосед, Где-нибудь ее да встретил Или след ее заметил».   Темной ночки Елисей Дождался в тоске своей. Только месяц показался, Он за ним с мольбой погнался.

«Месяц, месяц, мой дружок, Позолоченный рожок! Ты встаешь во тьме глубокой, Круглолицый, светлоокий, И, обычай твой любя, Звезды смотрят на тебя. Аль откажешь мне в ответе? Не видал ли где на свете Ты царевны молодой? Я жених ей». — «Братец мой, Отвечает месяц ясный, — Не видал я девы красной. На стороже я стою Только в очередь мою.

Без меня царевна, видно, Пробежала». — «Как обидно!» — Королевич отвечал. Ясный месяц продолжал: «Погоди; об ней, быть может, Ветер знает. Он поможет. Ты к нему теперь ступай, Не печалься же, прощай».

  Елисей, не унывая, К ветру кинулся, взывая: «Ветер, ветер! Ты могуч, Ты гоняешь стаи туч, Ты волнуешь сине море, Всюду веешь на просторе, Не боишься никого, Кроме бога одного. Аль откажешь мне в ответе? Не видал ли где на свете Ты царевны молодой? Я жених ее».

— «Постой, — Отвечает ветер буйный, — Там за речкой тихоструйной Есть высокая гора, В ней глубокая нора; В той норе, во тьме печальной, Гроб качается хрустальный На цепях между столбов. Не видать ничьих следов Вкруг того пустого места; В том гробу твоя невеста».   Ветер дале побежал.

Королевич зарыдал И пошел к пустому месту, На прекрасную невесту Посмотреть еще хоть раз. Вот идет; и поднялась Перед ним гора крутая; Вкруг нее страна пустая; Под горою темный вход. Он туда скорей идет. Перед ним, во мгле печальной, Гроб качается хрустальный, И в хрустальном гробе том Спит царевна вечным сном.

И о гроб невесты милой Он ударился всей силой. Гроб разбился. Дева вдруг Ожила. Глядит вокруг Изумленными глазами, И, качаясь над цепями, Привздохнув, произнесла: «Как же долго я спала!» И встает она из гроба… Ах!.. и зарыдали оба.
В руки он ее берет И на свет из тьмы несет, И, беседуя приятно, В путь пускаются обратно, И трубит уже молва: Дочка царская жива!   Дома в ту пору без дела Злая мачеха сидела Перед зеркальцем своим И беседовала с ним. Говоря: «Я ль всех милее, Всех румяней и белее?» И услышала в ответ: «Ты прекрасна, слова нет, Но царевна всё ж милее, Всё румяней и белее». Злая мачеха, вскочив, Об пол зеркальце разбив, В двери прямо побежала И царевну повстречала. Тут ее тоска взяла, И царица умерла. Лишь ее похоронили, Свадьбу тотчас учинили, И с невестою своей Обвенчался Елисей; И никто с начала мира Не видал такого пира; Я там был, мед, пиво пил,

Да усы лишь обмочил.

Источник: https://Aleksandr-Pushkin.su/skazki/skazka-o-mertvoj-tsarevne-i-o-semi-bogatyryah/4/

Сказка о коварном змее и царевиче Елисее

Елисей. Стихи про Елисея

30 Апреля 2018

Сергей Прилуцкий

18 минут на чтение

Возрастные ограничения 6+

1. Змей Горыныч и баба Яга замышляют украсть царевну 2. В поисках Елены Елисей отправляется к Шамагану 3. Елисей с Ринатом у Шамагана и бабы Яги 4. Бой со змеем Горынычем и возвращение Часть 1 « Змей Горыныч и баба Яга замышляют украсть царевну » Много былей — небылиц Собрано со всех страниц. Так позвольте самому Рассказать и мне одну. Маятник часов качнулся, Циферблат уж встрепенулся. Время сказки началось. Будь внимателен мой гость. Завертелось всё от змея, От Горыныча злодея. Вот в пещере он сидит Без жены, один, грустит. Неохота жить с змеюкой, Как и он, такой же злюкой. Вдруг ещё его сожрёт, Или пламенем сожгёт. Надо значит из людей Выбирать, да подобрей, Чтоб лицом не подвела И царевною была. Чешуёю он трясёт, В головах один разброд. Без Яги — его прабабки, Не решить ему загадки. С малых лет, живя в пещере, Соображал он еле- еле. Самому найти царевну- Здесь дела его плачевны. И отправился он к ней, Сей вопрос решать скорей— Старой костяной ноге, Что живёт в глухой тайге. Змей летит и шесть голов Смотрят, где старухин кров. Как увидел, приземлился, С речью к дому обратился: — Повернись-ка ты избушка, Что стоит на курьей ножке, Ко мне дверью, в лес окном, А не то, как дам хвостом!.. И она вдруг задрожала, Громко «куд–куда» сказала, Завертелась понемножку Дверью к гостю, в лес окошком. Дверь со скрипом отворилась, Бабка следом появилась. А как змея увидала, В обморок чуть не упала. — Это что за чудо–юдо Вылезло вдруг ниоткуда? Шесть голов, драконий хвост И многометровый рост. Ты чего, шестиголовый? Снова что ли нездоровый? Вон, попробуй суп из пня, Только не пугай меня. Иль настойку из ежа, Страсть она как хороша! От неё забудешь сразу Всю обидную заразу! — Да чего мне обижаться? Ты, старуха, брось кривляться! Хватит глупым раздраженьем Портить наши отношенья! Лучше выслушай меня, Всё же мы одна семья. И ещё скажу тебе: Не встречают так гостей. Накормила б, напоила, Баньку гостю истопила. — Ишь какой! Да бог с тобой, Заходи, пока живой. Змей наелся и напился, В бане от души намылся А потом стал объяснять, Для чего сюда опять Столько вёрст без остановки, Пропуская все парковки Он летел среди глуши В абсолютнейшей тиши. Говорил, что грустно стало Вдруг без женского начала. Только круга своего Не хотелось б для него. Вот бы из людей сыскать, Что пером не описать. Только царских лишь кровей, Помилей, да поумней. — Ладно, помогу тебе, Посодействую в судьбе. Знаю я одно здесь царство, Небольшое государство. Там живёт царевна наша, Нет её на свете краше. Но нам надо поспешить, Ей ведь замуж выходить. Под покровом ночи, змей, Украдём её быстрей. Зуб точу на это царство Ещё с прошлого коварства. Часть 2 «В поисках Елены Елисей отправляется к Шамагану» В это время дочь Елена Славного царя Ефрема, Находясь в своей светлице, Всё мечтала стать царицей. И жених сыскался ей, Сам царевич Елисей. Он красив и образован, В разных областях подкован. Только ночь одну поспать, Завтра будут их венчать. А сейчас же от забот Отдыхает весь народ. Серп и звёзды светят вместе, Змей с Ягой летят к невесте. Ведьма сон-дурман пускает, Всё в округе засыпает. Могут ведьмы колдовать, Это мы должны признать. Хочешь, на слово поверь, Хочешь, сам иди, проверь. Наш Горыныч пыхнул жаром И стекло исчезло с паром. Как они здесь появились, Так же тихо удалились. Змей Горыныч счастлив в дым, Ведь царевна рядом с ним. Он с Ягою распрощался И к себе домой умчался. Месяц глазки закрывает, Солнце ручки распрямляет. Челядь вся давно проснулась, На работу потянулась. Вот послушница царевны, По делам своим служебным, Входит к ней в опочивальню; Видит лишь пустую спальню. А открытое окно Говорит ей об одном, Что царевну-то украли И невесть в какие дали. Тут с служанкой плохо стало, В обморок она упала. На полу час пролежала, А потом внезапно встала. Рассказала всё солдатам У дверей стоявших рядом. Те в свистки заголосили, Генерала пригласили. Царь сам прибыл на свисток. Еле врач ему помог… Свадьбу надо отменять, Дочь любимую искать. — Тут мне надо к чародею. Он расскажет о злодее, Кто похитил дочь мою, Усложнив тем жизнь свою. Но живёт волшебник тот Между топей и болот, У себя в горах, в пещере, От людей поближе к вере. Царь Ефрем уже в годах, Тяжело ему в горах. Елисей пускай идёт, До волшебника дойдёт. Если любит он Елену, То отыщет непременно. Похитителя найдёт, Как изменника убьёт. Елисей, как всё узнал, Долго рассуждать не стал, Взял в помощники Рината— В царстве лучшего солдата, И к Ефрему поскакал. Тот, что знал, всё рассказал. Царь клубок дал Елисею, Чтоб добраться к Чародею. — Ты бросай его скорей И иди за ним смелей. Катится клубок вперёд, Елисей за ним идёт. Путь нелёгкий к Шамагану— Через топи и вулканы. Неизвестно сколько шли, Наконец они дошли. Здесь клубок остановился И в ущелье провалился. Дождь пошёл вдруг сильный с градом, Сыпать стало камнепадом, Ветер шквалистый подул, Чуть их в пропасть всех не сдул. Шквал внезапно прекратился, Вход в пещеру им открылся. Делать нечего, заходят И на свет вперёд проходят. В той пещере стол стоит. За столом старик сидит, Рукопись свою читает, Ни кого не замечает. Елисей к столу идёт, А Ринат не отстаёт. Вдруг собака подбежала, Чуть их всех не растерзала. Фу, Трезор, оставь ты нас, Старика раздался глас. Проходите же друзья, Непременно рад вам я. Часть 3 « Елисей с Ринатом у Шамагана и бабы Яги » — О, великий Шамаган! Знаешь множество ты тайн, Взглядом бродишь тут и там. Может быть поможешь нам? К вам я от царя Ефрема, Дочь его ищу Елену. Я жених ей, Елисей. Мне б найти её скорей. — Я царя Ефрема знаю, Чувства добрые питаю. И тебе я помогу, Ну-ка позови слугу! — Эй! Ринат, скорей беги, Шамагану помоги. Зеркало они выносят, К каменной стене подносят. — «О! Волшебное ты око, Видишь, как всегда далёко. Покажи Елену нашу, Ту, что нет на свете краше!» Мага зеркало признало, Говорить словами стало: — Вижу я твою Елену, Дочку славного Ефрема. У Горыныча в пещере Ищут пусть свою потерю. Только надо торопиться. Он решил на ней жениться. — Эх, не мог Горыныч змей, Говорит наш Чародей, Провернуть один всё это. Видно есть сообщник где-то. Зеркальце, ещё скажи, То, что видишь, покажи. Кто змеюке помогал? Кто царевну, с ним, украл? Зеркало чуть задрожало, Им всю правду показало. Вот они: Горыныч змей, С ним Яга в красе своей, Порошок в трубу кидает, И Елена засыпает; А Горыныч- змей огнём Расправляется с окном. Зеркало вдруг засветилось И на месте испарилось. — Да, не просто Елисей, Говорит тут чародей, Будет вытащить Елену, Но возможно, несомненно. Вот ковёр вам самолёт, Он к пещере довезёт. Но сперва к Яге летите, Пару крепких слов скажите. И пускай поможет вам. Так сказал сам Шамаган! Меч возьмите кладенец, Змею от него конец. Шапка-невидимка тоже Обязательно поможет. Ну, давайте, поспешайте И царевну выручайте. Ждёт ковёр вас самолёт, Отправляйтесь-ка в полёт. Елисей летит с Ринатом, Изучают местность взглядом. Видят лес они, поляну, Дом старинный, деревянный; Не простой, на курьей ножке, По бокам кривые рожки. Подошли к нему смелей. Говорят: крутись скорей, К лесу задом, дверью к нам. Где Яга-то ваша там? Потихоньку, понемножку, Не спеша, по чайной ложке Повернулась к ним избушка, Вышла из неё старушка. Как Ринату улыбнулась, Всё внутри перевернулось- Редкие кривые зубы И клыки торчат сквозь губы. Елисея увидала, С нею тоже плохо стало. Елисей же к ней подходит И такую речь заводит: — Помогла Яга ты змею, Подлому тому злодею; Если не поможешь мне, Шамаган с тобой в войне. Разболелись у Яги От тех слов все две ноги. Хоть одна и костяная, А болит, ну как родная! Говорит: Молю прощенья! Я сейчас для искупленья Подарю кольцо тебе, Ты носи его везде. Где захочешь очутиться, То заставь его крутиться. Повернёшь и вот ты, «Ах!», Там, где быть хотел в мечтах. И ещё вот гребешок. Если вдруг с Еленой шок, На власа лишь ей оденешь, Чары змея все развеешь. — Тотоже, смотри Яга, Костяная ты нога, Больше зла не совершай И людей не обижай. — Ты милок прости меня, Сплоховала что- то я. Только вы скорей летите И змеюку накажите. Часть 4 «Бой со змеем Горынычем и возвращение» Елисей вот и Ринат, На ковре они сидят. Он их сам туда несёт, Где Горыныч змей живёт. Долго ль, коротко летели, Мы опять не углядели. Только рано или поздно Видят скалы в море грозном. У пещеры приземлились. В стороне пока укрылись. Рядом камень и калина, Не пройти здесь змею мимо. — Ты Ринат за камнем сядь, Здесь злодея будешь ждать. Я же в шапке невидимке Подожду тут у калинки. Как появится вдруг змей, То кричи ему смелей, Вызывай его на драку, Дохлой называй собакой. Вдруг огнем он будет жечь, Ты за камень тело спрячь. Я же сзади шапку сброшу, На Горыныча наброшусь. Сколько дней они в засаде Просидели, звёзды глядя, Это есть большой секрет. Может знает кто ответ? Змей Горыныч вдруг выходит, Головами всюду водит. Тут из камня наш Ринат, Самый храбрый из солдат. На Горыныча кричит, По щиту копьём стучит. Всяко-разно обзывает, Дохлой псиной называет. Он царю присягу знает, Честь свою не запятнает. Воевать, так воевать. Погибать, так погибать. Шесть голов, двенадцать глаз Всё свирепее сейчас. Пышет змей своим огнём, А Ринат наш за камнём. Обзывает змея смело, По-солдатски всё, умело. Елисей же не зевая, Чудо- шапочку снимая, Достаёт меч-кладенец, В фехтовании он спец, И змеюку в поединке Делит на две половинки, Шесть голов с неё срубает, Змей Горыныч погибает. А теперь найти Елену Предстоит им непременно. В глубь они пещеры входят, Долго в лабиринтах бродят. Видят клетку золотую, В ней царевну молодую. Прутья толстые с кулак, Не добраться к ней ни как. Есть зато меч-кладенец, Пару взмахов и конец, Вход свободен и открыт, Но Елена крепко спит. Елисей взял гребешок И одел ей на висок. Тут Елена ожила, Взглядом всюду обвила, Елисея увидала И к груди его припала. Завершились все мучения, Впереди ждёт возвращение. Ну, пора домой тогда. Эй, Ринат иди сюда. Вот все вместе собрались. Елисей сказал: Держись! Повернул кольцо и вот, У Ефремовых ворот Наша троица стоит. Царь Ефрем бегом бежит. Свадьбу сразу же сыграли, Всех гостей к себе позвали. Веселились до упаду Несколько неделей к ряду. Я там тоже братцы был, Вдоволь ел и много пил. Всё, что на столе стояло, То и мне чуть перепало. Сказки этой тут конец. Кто дослушал- молодец!

— Сергей Прилуцкий, 01.05.2012, Алатырь

Все права на произведение принадлежат автору. 30 Апреля 2018 года

: 0

Нет в мире планеты, Где не было бы войны. Во второй мировой Мы выиграл битву. Мы бились, сражалась И силы истекались. А врагу нипочём Не сдаваясь пошли в бой. Убили мы немцев И вспоминаем мы день,

К..

Читать дальше

Спит маленький Ангел на облаке белом, Он милой улыбкой сияет во сне. То крыльями вздрогнет слегка неумело, То будто поскачет на резвом коне. Нам Ангела сон как большая загадка.

И ночью, когда он приходит порой,

Источник: https://stihi.pishi.pro/poeziya-dlya-detej/9523.html

Поэзия Елисея Годочкина

Елисей. Стихи про Елисея
duns37
Елисей Годочкин

Песенка Алисы

У медузы нет лица,У тарелки нет лица,Круг и космос без конца,Петь так можно без конца.И у нас лицо не то,Оно у нас внутри –

Смотри.

/3,5 года/

Сияние

Солнце блещет, солнце блещет,волны плещут, волны плещут.Звери рыщут, звери рыщут,люди ищут, люди ищут.Что их приближает к Богу?

Жизнь, молитва и дорога

/4 года/

Почитать об Елисее Годочкине можно ЗДЕСЬ и ТУТ

В ЖЖ svei можно посмотреть СКАНЫ КНИЖКИ поэта

– ?

|

duns37
Татьяна и Сергей Никитины
И немного Окуджавы…

За идею спасибо gornyj

Отличный рассказ о концертах Никитиных и Окуджавы в Америке ari100crat

Ну чего уж там греха таить. Кишинев конечно столица… но не Москва или Ленинград…Он чудесный, конечно, Кишинев. Но не …Ленинград. Ну не имели мы такой роскоши – бывать на концертах. А если и перепадало – то редко.Уехав в Штаты, я к своему удивлению и счастью, повидала много чего. Русского. Да! Концерты. Концерты для русских, живущих в Штатах. Это был такой праздник в те годы. Ностальгия ещё не отпускала сердце, и вот эти встречи в залах обычной средней школы или колледжа, иногда в ресторане – мы, нарядные в пух и прах, шли на встречу со своим прошлым.Чего греха таить. Многие плакали от переполнивших нас чувств и часто зал пел вместе с певцами. Это были минуты прикосновения к родному языку, музыке, к русской культуре. Приезжали знаменитые артисты, певцы, писатели и поэты…Это было время, когда им ТОЛЬКО-только разрешили выезжать заграницу. Многие были впервые. Снобизма никакого не было. Можно было подойти и разговаривать с ними, мы клянчили автографы. Нас было много мы толпились и ждали; и все участники концертов терпеливо и доброжелательно осчастливливали нас. Мы с радостью покупали кассеты с песнями исполнителей. С чувством волшебного везения покупали книги и получали автографы у писателей.Никитины, были молодыми и красивыми – зал пел вместе с ними и улыбки не сходили с лиц.Окуджаву я слушала в городке Рочестер. Он уже был болен, но ещё ездил с концертами по Штатам, в города, где были большие русские коммюнити и можно было снять приличное помещение и собрать публику.Кассету с его песнями я храню до сих пор. Их уже наверное и не выпускают. Сейчас всё на СД. Он сидел за столом. у входа и мы. встав в очередь. просили его подписывать кассеты. Он терпеливо это делал. хотя я видела, что он очень устал. Для меня он был кумиром. Я стояла с колотившимся сердцем и не верила, что вот ОН, сидит и пишет мне( МНЕ?) слова: “С наилучшими пожеланиями и подпись…” Через год его не стало. Я очень плакала. Он и его песни – это моя юность, подмосковье, нищие дворы и мы, поющие его песни.Когда мой сын вырос и женился, я переживала, что он и его Иришка-слишком …американцы, и как мне жаль, что не будет у меня в жизни момента, когда на кухне поют песню, которую понимают и мать и сын. И я сделала такой эксперимент: Усадила их в кухне на пол и включила эту кассету, и попросила слушать внимательно…каждое слово. C волнением глядела на выражение их лиц. И что вы думаете? ?Ну, конечно! они прониклись! Ну конечно, они ВСЁ ПОНЯЛИ! Это было такое счастье! Это был момент, когда я поняла, что это чувство принадлежности -не искоренишь. Не важно, где живёт человек. Он так и пронесёт это по жизни. Песня “Не закрывайте вашу дверь- пусть будет дверь открыта”… дети мои поняли ТАК, как нужно было понимать её. Слава Богу. Значит ВСЁ в порядке!Гурченко была уже не первой молодости. В пиджаке, с эполетами позолоченными. Стройная и всё ещё красивая. Мы дарили ей цветы, и она была взволнована встречей с людьми, которые смотрели на неё с таким обожанием, с такой любовью, с чувством прикосновения к чему-то близкому и…теперь такому далёкому.Евтушенко выглядел прекрасно и мастито. Рассказывал. Читал своё. Было очень интересно. Я купила книгу “Дикая ягода” на английском языке. Он подписывал купленные книги. Был очень вежлив и терпелив. Поднял на меня глаза и спросил моё имя. Видимо что-то узрел в моих русско-татарских скулах.- Вы здесь постоянно? Да-ответила я.- Тяжело? -поначалу было очень тяжело. Сейчас всё в порядке .- Ну держитесь!- сказал он. и написал на обложке: “Дорогой Марине, с пожеланиями счастья и удачи. Е.Евтушенко.”Почему-то мне стало обидно, что он сказал “держитесь”. Я поблагодарила его за автограф и отойдя прошипела мужу: – “Держитесь”! За что держаться? ( это я так пыталась сьехидничать.)Мой муж меня урезонил – он имел ввиду ностальгию…Мне стало стыдно. Книга у меня на полке. Я думаю, что русский вариант всё же лучше. как-то странно читать “Дикую ягоду” на английском…Аркадий Хаит был на сцене “свой в доску”; хохот стоял такой, что слёзы лились из глаз от смеха. Он тоже подписывал свою книгу “30 лет спустя”. -Что вам написать? спросил он. ( я наклонилась и прошептала ему на ухо… Он рассмеялся и написал:- “Гойке Маринке от…(вот тут я до сих пор не разберу слово…начинается ше… шле…Аркаши… нет не могу прочесть). (может кто-то кто знает идиш подскажет? И нарисовал своего знаметиго зайца и подпись.

Источник: https://duns37.livejournal.com/174486.html

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.